Верховный Суд РФ вынес Определение по делу № 25-КГ26-6-К4, в котором разъяснены основания для взыскания штрафных санкций заказчиком целевого обучения за отказ выпускника вуза трудоустроиться у указанного ему работодателя.

В начале июля 2018 г. между министерством здравоохранения Астраханской области и Имирой Мирмановой был заключен договор о целевом обучении по реализуемой в Астраханском государственном медицинском университете образовательной программе высшего образования по специальности «Лечебное дело». По его условиям, Имира Мирманова обязалась после успешного обучения в вузе три года отработать в Ахтубинской районной больнице, а при неисполнении договорных обязательств – возместить областному министерству в течение трех месяцев расходы, связанные с предоставлением ей мер соцподдержки, а также выплатить штраф в двукратном размере расходов, связанных с предоставлением ей указанной поддержки.

Летом 2024 г. Имира Мирманова получила диплом о высшем образовании по специальности «Лечебное дело». В период обучения министерство предоставило ей меры соцподдержки в 62,8 тыс. руб. Однако после окончания обучения выпускница так и не трудоустроилась в Ахтубинскую районную больницу. В середине ноября того же года министр здравоохранения Астраханской области потребовал от Имиры Мирмановой возместить расходы, связанные с предоставлением мер соцподдержки, в 62,8 тыс. руб. и штраф в 125,6 тыс. руб., но последняя не исполнила это требование. Тогда министерство обратилось в суд.

Рассмотрев дело, суд пришел к выводу, что спорный договор является ученическим, а не договором о целевом обучении. По его мнению, отношения, возникшие между истцом и ответчиком на основании такого договора, регулируются гл. 32 «Ученический договор» ТК РФ, не предусматривающей возможность взыскания с работника штрафа за неисполнение условий ученического договора. При этом то обстоятельство, что министерство является заказчиком целевого обучения, а не будущим непосредственным работодателем ответчика, значения не имеет. Таким образом, суд удовлетворил иск частично, взыскав с ответчика расходы, связанные с предоставлением мер соцподдержки, в 62,8 тыс. руб. и госпошлину в 4 тыс. руб., отказав в остальной части требований. Апелляция и кассация поддержали такие выводы.

Тогда министерство обратилось с кассационной жалобой в Верховный Суд. Изучив материалы дела и доводы сторон, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, в частности, напомнила, что граждане, поступающие на обучение по образовательным программам высшего образования, вправе заключить договор о целевом обучении с заказчиком целевого обучения в лице федеральным госоргана, органа госвласти субъекта РФ, органа местного самоуправления и прочих субъектов. После заключения такого договора граждане имеют право на прием на целевое обучение по образовательным программам высшего образования за счет бюджетных средств в пределах квоты, которая устанавливается уполномоченным органом публичной власти с учетом потребностей экономики в квалифицированных кадрах и отраслевых нюансов. Прием на целевое обучение по образовательным программам высшего образования осуществляется по конкурсу. В число существенных условий договора о целевом обучении входят в том числе обязательства гражданина по его трудоустройству в организацию, указанную в договоре о целевом обучении, в рамках полученной квалификации.

Как пояснил Верховный Суд, будучи направленным на достижение публично значимых целей, целевое обучение по программам высшего образования за счет бюджетных средств предусматривает наличие специального порядка приема на такое обучение по конкурсу в пределах установленной квоты и дополнительные условия реализации права на обучение по соответствующему договору, в том числе в части последствий несоблюдения гражданином условий договора о целевом обучении (обязательства по трудоустройству), к которым относится выплата штрафа.

Нижестоящие суды, как счел Верховный Суд, неверно квалифицировали рассматриваемые правоотношения как ученический договор. Дело в том, что такой договор заключается между работодателем и работником или лицом, ищущим работу, с целью получения учеником образования и обеспечения потребности работодателя в квалифицированных кадрах. Обучение осуществляется за счет будущего или настоящего работодателя, ученикам в период ученичества выплачивается стипендия. По окончании обучения ученик обязан проработать по трудовому договору с работодателем в течение срока, установленного в ученическом договоре, а в случае невыполнения этой обязанности он по требованию работодателя возвращает ему полученную за время ученичества стипендию, а также возмещает другие понесенные работодателем расходы. Суды, применяя к спорным отношениям положения гл. 32 ТК, не дали надлежащей оценки наименованию и содержанию договора о целевом обучении от 2 июля 2018 г., заключенного между Имирой Мирмановой и министерством.

Также не получили оценки судов первой и апелляционной инстанций условия договора о целевом обучении, в том числе об ответственности ответчика за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по этому договору в соответствии с ч. 7 ст. 56 Закона об образовании (в редакции, действовавшей на дату заключения спорного договора), предусматривающей при неисполнении гражданином обязательства по трудоустройству выплату органу или организации, с которыми гражданином был заключен такой договор, штрафа в двукратном размере относительно расходов, связанных с предоставлением ему мер соцподдержки. «Не являлось предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций также то обстоятельство, что ответчик, вступая в договорные отношения, самостоятельно реализовала свое право на заключение договора о целевом обучении, согласилась с условиями этого договора, в том числе устанавливающими обязанность по трудоустройству в Ахтубинскую районную больницу и ответственность за неисполнение обязательства по трудоустройству в эту организацию в виде штрафа в размере расходов, связанных с предоставлением мер социальной поддержки», – отмечено в определении Верховного Суда.

Таким образом, нижестоящие суды при разрешении исковых требований министерства к ответчику о взыскании штрафа за неисполнение обязательств по договору о целевом обучении сослались на не подлежащий применению закон. В нарушение ряда статей ГПК они не установили юридически значимые для правильного разрешения спора обстоятельства и, как следствие, пришли к неправомерному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований министерства о взыскании с Имиры Мирмановой штрафа за неисполнение обязательств по договору о целевом обучении. В связи с этим Верховный Суд отменил судебные акты нижестоящих инстанций в части разрешения исковых требований министерства о взыскании штрафа за неисполнение обязательств по договору о целевом обучении, в отмененной части дело направлено на новое рассмотрение в первую инстанцию.